Привет, Гость ! - Войти
- Зарегистрироваться
 
пользователь имеет статус «трастовый»
портрет № 250332 зарегистрирован более 1 года назад

MelnikV

Портрет заполнен на 40%

    Статистика портрета:
  • сейчас просматривают портрет - 0
  • зарегистрированные пользователи посетившие портрет за 7 дней - 1

Отправить приватное сообщение Добавить в друзья Игнорировать Сделать подарок
Блог   >  

Уголок графомана. Все будет хорошо. Продолжение ч.14

  09.09.2016 в 21:56   13  

Дима не успел вставить ключ в замочную скважину, как дверь стремительно распахнулась, едва не ударив его по носу. Он успел выставить руку вперед и придержать ее.
<<Ну все, сейчас начнется>>, - понеслись мысли в его голове. Он даже не успел подумать о своей тактике поведения. Все время по дороге домой Дима вспоминал прогулку, как же глупо и натянуто он себя вел, да еще вывалил на нее свои проблем с родителями. Но, кажется, Алену это ничуть не смущало. Кажется, ей было интересно его слушать? Разве такое может быть, что в разговоре никто не вопит, не подстегивает, не отворачивается равнодушно в сторону, не наливает очередную рюмку. Он интересен сам по себе. Правда?
- Почему ты не берешь трубку? Ты же знаешь, как я волнуюсь! Эгоист! - первый камень брошен.
- Мама, я ответил на твой звонок и сказал, что скоро буду дома, - это все они проходили. Любые доводы к разуму обращались в ничто под маминым напором.
- Ты должен отвечать на все мои звонки и сообщения! - она завелась с полуоборота.
Глаза заблестели в предвкушении чего-то, весь ее взор был обращен на Диму, который обычно сжимался до размера спичечного коробка и словно становился полупрозрачным и невесомым.
- После разговора я отправил тебе сообщение.
- Где ты был после школы?
- Задержался в классе по делам, - Дима хотел побыстрее пройти в комнату. Допрос в прихожей выматывал. Зачем он отвечает на все эти вопросы? С каждым ответом ему становится хуже.
- Что за дела?
- Обычные, школьные дела, по учебе, - все-таки выдавил из себя Дима, снимая ботинки и опустив глаза в пол. Сейчас больше всего он боялся, что мама сможет каким-нибудь образом узнать про Алену и влезть еще и туда.
Наконец, он пробрался в ванную, закрыл за собой дверь и скептически посмотрел на себя в зеркало поверх стекол очков. Дима их снял, аккуратно положил на раковину и стал растирать лицо ледяной водой, обжигающей кожу подобно трескучему зимнему морозу. Его щеки пылали, то ли от привычной бессильной злости, то ли от первой зарождающейся влюбленности. А может, все чувства смешались воедино. Дима намылил руки белым куском мыла, взбив его в ладонях до густой пены, смыл пену и закрыл кран. Так, кажется, лучше. Карие Димины глаза излучали блеск, в них постепенно начала появляться энергия, которую так умело и ловко забирают в стенах этого дома без остатка.
На самом деле Дима был вполне привлекательным молодым пятнадцатилетним парнем, только он так не думал и считал себя некрасивым, несообразительным, неинтересным, уж слишком много было <<не>> в его представлении о себе. Окружающим было трудно рассмотреть то, чего Дима и сам не видел. Он перевел взгляд на свои руки, вспомнил случайное мимолетное прикосновение к пальцам Алены и улыбнулся своим робким воспоминаниям. Неужели завтра они и правда встретятся вновь? Наверное, будет жутко неловко. Скорее всего Алена пошутила, не будут же они и правда вопить в местном городском парке.
Дима вышел из ванной, наткнулся на испытующий задумчивый взгляд матери. Что-то было не так. Сын выглядел по-другому, не таким затравленным как раньше. Откуда появились эти перемены и когда? Почему она пропустила этот момент.
- Пошли есть, Дима, - сказала мама и направилась на кухню.
- Давай чуть позже, я пойду переоденусь и разберу вещи.
- Нет, сейчас, иначе все остынет. Зря я что ли подогревала?
- Я приду, - бросил Дима на ходу и направился в свою крохотную коморку, которая была для него настоящей отдушиной.
В комнате он переоделся в домашнюю одежду, достал сотовый телефон из сумки в надежде увидеть там сообщение от Алены. Но на дисплее не высвечивалось ни новых писем, ни тем более пропущенных звонков, словно и не было сегодняшней прогулки. Дима вспомнил как сегодня Алена уплетала за обе щеки мороженое и подумал о том, насколько вкусным может стать самое обычное мороженое, если есть его вместе. Он сжал в руках телефон, затем положил под подушку, незачем держать его на видном месте. Везде, во всем доме ему виделась угроза вторжения в личное, в самое сокровенное.

***
- Слушай, да ты достал уже со своим мороженым! - в сердцах воскликнул обычно спокойный Леня.
Его неимоверно раздражало, что Сашка приклеился к этому лотку с мороженым и, как маленький ребенок, с восторгом разглядывал витрину, никак не решаясь остановить свой выбор на каком-то одном вкусе. А в это время невзрачная парочка удалялась все дальше, вперед, рискуя и вовсе исчезнуть из зоны видимости. Леня сам себе с трудом признавался, что отдал бы все на свете, чтобы услышать, о чем же говорят Алена с Димой. Он чувствовал, что с треском проигрывает какому-то долбанному очкарику, который даже пары слов связать не в состоянии. Он накажет их так жестко, как только сможет. Надо будет постараться немного больше обычного и закрутить с этой Аленой. Какая-то идиотка она тормозная, в самом деле, кормит птиц, лыбится сама себе и совершенно игнорирует его, Леонида.
Сашка набрал себе сразу три шарика мороженого, довольный повернулся к Лене и спросил:
- А ты-то какое будешь есть?
- Пошли уже, короче, - процедил Леня сквозь зубы и зашагал быстрее вперед.
Саша тотчас же догнал своего неприветливого друга, впрочем, на злость Лени он не обращал никакого внимания.
- Вот зря ты так, сама судьба вела нас сегодня к этому лотку, - поддел его Сашка, - эх, еще бы наших красивых одноклассниц сюда.
- Дай мне свой телефон, - попросил Леня, игнорируя беззаботную болтовню приятеля. Он помнил, что у Сашки встроенная в телефон камера делала фотографии лучшего качества, чем даже у него.
Саша поделился телефоном, с неподдельным интересом наблюдая за нездоровым азартом в глазах одноклассника.
- Ты что собрался делать с моим телефоном? - все-таки спросил Сашка. Он почти съел купленное мороженое и с грустью смотрел на опустевший рожок.
- Парочку фотографий сделаю, может пригодятся.
Когда Алена с Димой прощались, Леня без труда сфотографировал их в пол-оборота. Эти двое вряд ли бы заметили Леню с Сашкой, даже если бы последние прошлись рядом вместе с духовым оркестром.
- Попридержи их пока у себя, не показывай никому, - попросил Леня. Он перекинул файлы на свой телефон и отдал мобильник законному хозяину.
Дождавшись, пока Дима уйдет, они направились в сторону своих домов.
- Вот так дела, они правда что ли любовь крутят? - удивлялся Саша.
- Ну сам видишь, пока все кажется вполне невинно, - усмехнулся Леня.
- Может подсказать им, что дальше делать? Вдруг не справятся? - подхватил издевку Саша.
- Погоди, мы еще всем классом им расскажем и покажем, - Леня улыбался все шире, по реакции Саши ему стало понятно, насколько легко можно будет посмеяться над Аленой и Димой всей толпой. Они оба заслуживают этого сполна.

***
Они давно уже не хотели видеть меня в этом доме, особенно Алина. С появлением этой женщины в его жизни я поняла, что Алина собирается расположиться здесь надолго, желательно навсегда. Я стала все реже бывать в этом доме, почти все свои вещи я перевезла обратно домой. Наконец, это свершилось: место моей мамы окончательно заняла новая женщина, совсем другой породы и иного, нахрапистого, характера. С каким-то тупым безразличием я смотрела на их времяпровождение: на сигареты, которые она курила одна за другой, на их неизменные вечера, проводимые за сытной вкусной едой, обильно запиваемые алкоголем. В один из таких веселых вечеров деньги валялись по всему дому, а на следующий день от них не осталось и следа. Я смутно помню, чем тогда дело закончилось, и я могла лишь догадываться о том, кто подобрал их. В квартире в тот день было всего лишь трое людей: Я, Алина и дядя Леша. Эта история с помятыми купюрами вспомнилась мне сейчас, когда дядя Леша в прихожей строгим тоном произнес:
- Послушай, Алена, у меня дома была крупная сумма денег и теперь она пропала. Верни мне ключи.
Как обухом по голове. Я и так собиралась покинуть этот дом со временем насовсем. Но совсем не так, я хотела попрощаться тихо и спокойно. Когда боль поутихла, мы перестали быть нужными друг другу. Стало ясно, что отеческих отношений не получится. С каждым днем мы все больше раздражали друг друга. В его глазах я была неряхой, которая ни черта не учится, и что такое уборка знает лишь понаслышке. В моих же глазах он был пьяницей, ищущим на свою дурную голову приключений и преуспевший в этом. Раздражение копилось, выливаясь во взаимные обиды, наши берега расходились все дальше.
Все кончено, он сделал первый ход для того, чтобы выдавить меня навсегда из своей жизни. Намеренно он обставил все такими словами или вправду верил в то, что я могла взять эти деньги, не имело особого значения. Взрослые никогда ничего не говорят прямо. Я опустила голову, молча протянув вперед ключи, проклятые слезы, неизменные мои спутницы с прошедшего лета начали рваться наружу. На языке вертелся простой вопрос: <<Ты думаешь, я воровка? Ты считаешь, что это я взяла твои деньги?>> Какая чудовищная несправедливость, почему даже сейчас я молчу! Но руки сами собой передают ему ключи, я выхожу за дверь, на ватных ногах спускаюсь по ступенькам на один пролет вниз в то время, как дверь на втором этаже с противным стуком закрывается.
Меня захлестнула обида. Он не бросил мне в лицо обвинений, но что еще могли значить слова про деньги. Он должен был верить мне, как себе, я ни разу в жизни не запустила рук в его карман. Я была честна, тогда почему же моя честность вылезла мне боком. Сейчас он предал меня и память о нашем любимом человеке, о моей маме. Как по-дурацки все получилось, буднично и бездушно.
В маршрутке я ехала, вжав голову в плечи и изучая свои пыльные черные ботинки, слезы все еще продолжали литься из глаз. Земфира в наушниках напевала про счастливых и несчастных людей, про девочку с плеером, про ворон-москвичек и про знак бесконечность. Нестерпимо хотелось написать Диме сообщение. Но что я ему скажу, глупость какую я выдумала.
Я подошла к своей родной кирпичной девятиэтажке, на ходу вытирая глаза тыльной стороной ладони. Наверное, лицо у меня стало опухшим и красным, а глаза превратились в две маленькие щелочки. Красотка, да и только.
***
Я очень рано приехала в школу, я была все еще под впечатлением от вчерашней душещипательной сцены. Кабинет все равно закрыт, поэтому я присела на скамейке в раздевалке и для разнообразия открыла учебник, пытаясь решить задачку по физике. Прочитала три раза условие, поняла, что материал я упустила уже настолько, что так просто ничего не нагнать и не решить. Мой взгляд заскользил по скамье, выкрашенной в зеленый цвет. Она была богата на самые разнообразные надписи, от признаний в любви неизвестной мне Даше от некого Саши до матерных забористых выражений. Постепенно начали подтягиваться мои одноклассники и ребята из других параллелей. Я дежурно здоровалась со знакомыми мне лицами. Пришла моя соседка по парте Лена, как-то загадочно на меня посмотрела и задала вопрос с доверительной улыбкой:
- Сашка тебе вчера позвонил?
- Какой Сашка? - все мое лицо вытянулось от изумления. Странным был и сам вопрос, и вообще интерес ко мне.
- Значит не звонил. Ой, я проболталась, ты уж не говори ему, что это я сказала, - засмеялась Лена.
- Никто мне не звонил, - ответила я на вопрос, а потом подумала, зачем я вообще ей отвечаю, будто оправдываюсь. Мысли мои поползли в сторону Димы, и я порадовалась, что вопрос был про неизвестного мне Сашку, а не Диму.
- Ладно, Ален, забей. Я пошла, - Лена ушла из раздевалки со своей подругой в класс. Они начали о чем-то перешептываться.
Я совсем не поняла, о чем был сейчас разговор, и это мне совсем не понравилось. Но одно стало очевидно - они стали обсуждать меня, и от этого было еще неприятней. Я нахмурилась и решила, что пора бы подтягиваться в класс, а то так и на урок можно опоздать.
Я встала, закинула сумку на плечо, заправила прядь волос за ухо и почти нос к носу столкнулась с Димой, который в это время как раз заходил в раздевалку. Мы тотчас же смущенно отпрянули друг от друга, я замерла на месте с каменным лицом. Дима в ответ улыбнулся, глядя прямо на меня и никуда не отводя свой взгляд, и прошел вперед. От его улыбки все вчерашние события как-то померкли, я расправила плечи и направилась в сторону лестницы.
Одна-вторая-третья ступенька. Первый урок начнется на третьем этаже, и это будет физика.
- Алена, привет! - справа от меня появился Леня, ослепительно улыбаясь, словно только что сошедшая модель со страниц глянца.
- Привет, - машинально ответила я, мысленно желая ему поскорее пройти мимо.
- Какой у нас сегодня первый урок? - непринужденно поинтересовался Леня.
- Физика.
- До поступления осталось всего ничего. Ты уже знаешь куда хочешь пойти учиться после школы? - неожиданно выдал Леня, чем, признаться, поставил меня в тупик. Я сама себя периодически спрашивала о том, кем я хочу быть, куда пойти учиться. Но все это как будто было не про меня. Бездарь и лентяйка, вот кто я такая. Смогу ли поступить куда-либо на бюджетное место, черт его знает.
- Лучше не будем про это, - искренне ответила я, повернулась к нему, к человеку, у которого в моем представлении был четкий план на будущее, и спросила. - А чего хочешь ты?
Леня приподнял брови в задумчивости и выдал экспромт с лучезарной улыбкой:
- Номер телефона одной девушки.
- Не густо у тебя желаний, - я хмыкнула и пожала плечами, решив на этом свернуть разговор.
Закончив подниматься по мраморным ступенькам, мы прошли через арку и вдвоем завернули в длинный школьный коридор. Я немного замедлила ход, потому что мне не хотелось идти с ним рядом. Леня же притормозил в унисон со мной. Его странные попытки подружиться выглядели настолько фальшиво, что, кажется, понимал это даже сам Леня.
Мы прошли мимо под изумленные взоры двух наших одноклассниц, стоящих неподалеку от кабинета. Леня галантно пропустил меня в класс первой и зашел следом. Мальчишки бегали по классу и с громким смехом кидались друг в друга желтой губкой, испачканной в меле. Увидев Леню они с радостью подлетели к нему
Мы оба находились в одном кабинете, но при этом словно в двух разных мирах. Лениному приветствию был рад каждый, я же здесь была чужой. Выходит, я завидую Лениной популярности, кто бы мог подумать.
Я села за свою парту под пристальным взглядом Лены. Ненавижу, когда на меня так смотрят, словно изучают под прицелом микроскопа как какого-нибудь жука.
Наконец, в класс зашел Дима и быстрым шагом направился к своему месту. Почти никто не заметил его появления, кроме меня.
На уроке Диму вызвали решать задачку к доске. Я смотрела на его спину, вытянутую точно струна и только успевала следить за движением руки, лихо выводящей мелом формулы и действия. Я напряженно следила за ходом решения, записывая его в тетрадь. Наконец, ответ был найден. Учитель удовлетворенно смотрел на своего лучшего ученика, словно мастер на своего любимого подмастерье. В знании предмета Диме не было равных среди не только нашего класса, но и всей параллели. За неполный год он успел поучаствовать в школьной, районной и даже областной олимпиадах, занимая места не ниже третьего.