Антонина Сергеевна боится, что не переживёт выселения
Антонина Сергеевна боится, что не переживёт выселения


«Обращаюсь к Вам в последний раз, больше нет сил добиваться в нашей стране справедливости. Может быть, все-таки кто-то прочитает и попытается вникнуть в суть проблемы, а не только отпишется для галочки, как это делают во всех структурах и доводят людей до отчаяния», — с таких слов начинается обращение к Глебу Никитину, датированное октябрём этого года.


В годы Великой Отечественной войны Антонина Сергеевна была ребёнком и тружеником тыла, удостоверение ветерана ей выдали только в 1980-х. Будучи еще маленькой девочкой, Антонина Богатова вместе с другими ребятами работала в полях, трудилась над урожаем. Пенсионерка вспоминает, что в те тяжёлые годы у неё всегда была крыша над головой.


Антонина Сергеевна награждена за доблесть
Антонина Сергеевна награждена за доблесть


«Схема завладения имуществом»


В девяностых Антонина Сергеевна подарила двум своим детям примерно по четверти всей площади дома. Когда сын умер, по решению суда его часть перешла дочери. Половина всех квадратных метров всё ещё числилась за пенсионеркой, когда в 2017 году ей сообщили, что... весь дом теперь принадлежит банку, а ей следует освободить помещение.


В свидетельстве о государственной регистрации права собственности сказано, что общая площадь дома составляет 67,7 кв. м
В свидетельстве о государственной регистрации права собственности сказано, что общая площадь дома составляет 67,7 кв. м


— В 2008 году меня обязали сделать кадастровый паспорт, но при оформлении была допущена ошибка, — говорит дочь пенсионерки Марина Прыгунова. — Там указали, что общая площадь дома составляет 36,1 кв. м, а не 67,7 кв. м, как есть на самом деле. Площадь, которая принадлежит маме, признали самовольной постройкой.


Из-за ошибки в кадастровом паспорте в судебном постановлении также появилась ошибка. Марине Прыгуновой была отдана часть собственности умершего брата, вкупе с долей Марины по факту это была половина дома, а по документам — целый дом.


Между детьми Антонины Сергеевны была поделена лишь половина дома, а не весь дом
Между детьми Антонины Сергеевны была поделена лишь половина дома, а не весь дом


Чем дальше в лес, тем больше дров. Мать и дочь стали разбираться, почему дом хотят у них забрать — и выяснилось, что банк забирает дом в счёт некоего невыплаченного кредита, который Марина Прыгунова взяла в 2011 году.


— Мы кредитовались в ПАО Комбанк «Химик» и отдавали деньги на погашение кредита женщине, которая там работала: иногда возили ей домой, а иногда и передавали через третьи руки, — говорит Марина Прыгунова. — Дело в том, что в этом банке нельзя вносить деньги через терминал для погашения задолженности, а с этой моей знакомой у нас сложились хорошие доверительные отношения.


«Знакомая» деньги брала, однако, как выяснилось, кредит не уменьшался. О существовании незакрытого кредита Марина Прыгунова узнала лишь в 2015 году, когда сумма долга достигла трёх миллионов рублей. Банк не присылал уведомлений и напоминаний, а просто сообщил женщине, что дом (он был в залоге) больше не принадлежит её семье.


— Хочу подчеркнуть: когда я брала кредит под залог, я прикладывала документы, в соответствии с которыми мне принадлежит только часть дома, — рассказывает Марина Прыгунова. — Я была уверена, что погашу кредит, и никаких проблем не будет.


Сейчас по данному вопросу возбуждено уголовное дело, а сотрудницу банка, которая принимала деньги у Марины Прыгуновой, судят за кражу 37 миллионов рублей у самого «Химика» и обвиняют в ряде других преступлений. Например, в оформлении кредитов на 70 сотрудников одной из птицефабрик общей суммой 20 миллионов рублей (они отдавали документы на получение зарплатных карт).


За несколько лет, что кредит не выплачивался, выросли огромные пени
За несколько лет, что кредит не выплачивался, выросли огромные пени


В течение четырёх лет уголовное дело по обращению Марины Прыгуновой закрывалось и снова возбуждалось. Наряду с ним велись аналогичные судебные тяжбы.


— У нас у всех по одной и той же схеме завладели имуществом — у семьи Кузнецовых, например, уже забрали дом, — говорит Марина Прыгунова. — Поступали они следующим образом. В любом банке есть кредитный счёт, на который направляются денежные средства, чтобы ты мог проследить за своими деньгами. Что же делали в «Химике»? Они обязывали открывать договор вклада, на него зачислялись денежные средства, а куда они уходили — непонятно. У одной моей знакомой семьи доказано, что полтора миллиона рублей было похищено этим банком.


«Хватит долбать»


По мнению Марины Прыгуновой, правду не удаётся доказать из-за личных связей председателя банка:


— Проблема в том, что председателем «Химика» является бизнесмен Владимир Юрицын — в своё время он работал в правоохранительных органах Дзержинска, потом был директором завода «Химмаш», потом возглавлял предприятие «Корунд». После того как Юрицын натворил дел в обеих организациях, он взял кредит в банке «Химик» и на все деньги скупил акции у сотрудников, стал председателем правления банка. У Юрицына хорошие связи.


За минувшие два года Антонина Богатова обращалась и к президенту России, и в Министерство социальной политики, а также в государственно-правовой департамент региона, в МВД, управление делами правительства и развития кадрового потенциала, к уполномоченному по правам человеку и не только.


— Ужасно, никто не хочет разбираться, — делится переживаниями дочь пенсионерки. — Генеральная прокуратора спускает дело на нижегородскую, нижегородская переправляет в Дзержинск, Дзержинск в — Володарск, и всё по кругу. Однажды мы записались на личный приём к руководителю Следственного департамента МВД, и там нам сказали: «Перестаньте долбать Белева!» (Белев — это начальник ГСО МВД по Нижегородской области).


Результатом обращений стало письмо от Министерства социальной политики Нижегородской области, в котором женщине-ветерану предложили... воспользоваться «спецжилдомом для граждан пожилого возраста и инвалидов». Вместо того чтобы разобраться в ситуации. 


В Дзержинске ветерана Великой Отечественной войны выселяют из дома из-за ошибки в кадастре


Министерство соцполитики предлагает ветерану ВОВ переехать в дом престарелых
Министерство соцполитики предлагает ветерану ВОВ переехать в дом престарелых


«Мне не нужен спецжилдом, я не прошу у вас выделить мне жилье, я прошу вас восстановить мои нарушенные права и вернуть мне те квадратные метры, которые принадлежат мне по закону», — говорит в открытом письме Антонина Сергеевна.


Выселение должно было произойти в октябре, однако в деле появились новые обстоятельства.


— Мой супруг не давал согласия на залог земельного участка, поэтому просит выделить ему долю из общей земли, — говорит Марина Прыгунова. — Сейчас в арбитражный суд направлено обращение по решению разногласий, поэтому выселение пока приостановлено. Как долго это продлится, пока неизвестно.


Сейчас Антонина Сергеевна очень плохо себя чувствует и боится не пережить выселения.


NN.RU направил запрос в правительство Нижегородской области и обязательно продолжит следить за ситуацией.