Захар Прилепин уверен, что народ радикальней своего государства и затоптал бы оппозицию, если бы не Путин
Захар Прилепин уверен, что народ радикальней своего государства и затоптал бы оппозицию, если бы не Путин


Помощник президента России Владислав Сурков опубликовал в «Независимой газете» статью «Долгое государство Путина». В ней он в частности писал:


— Русской истории известны четыре основные модели государства, которые условно могут быть названы именами их создателей: государство Ивана Третьего (Великое княжество/Царство Московское и всей Руси, XV–XVII века); государство Петра Великого (Российская империя, XVIII–XIX века); государство Ленина (Советский Союз, ХХ век); государство Путина (Российская Федерация, XXI век). Созданные людьми, выражаясь по-гумилевски, «длинной воли», эти большие политические машины, сменяя друг друга, ремонтируясь и адаптируясь на ходу, век за веком обеспечивали русскому миру упорное движение вверх.


Большая политическая машина Путина только набирает обороты и настраивается на долгую, трудную и интересную работу. Выход ее на полную мощность далеко впереди, так что и через много лет Россия все еще будет государством Путина, подобно тому как современная Франция до сих пор называет себя Пятой республикой де Голля, Турция (при том, что у власти там сейчас антикемалисты) по-прежнему опирается на идеологию «Шести стрел» Ататюрка, а Соединенные Штаты и поныне обращаются к образам и ценностям полулегендарных «отцов-основателей».


Статья Суркова стала одной из тем обсуждения в программе «60 минут», в которой принял участие нижегородский писатель Захар Прилепин. Его слова вызвали бурю эмоций у оппонентов. NN.RU предлагает и вам оценить его высказывания:


— Слова, сказанные о путинской машине, что она только начинает работать, и нам предстоит долгий путь, меня несколько пугают. Потому что модель того государства, о котором пишет Сурков, ныне эклектична. Военно-полицейская машина, которую мы строим, является для России понятной населению. Потому что население заинтересовано в сильном государстве — не скажу, что в полицейском очень сильно, но в военном точно заинтересовано. Но тем не менее эта эклектика нынешнего государства не позволяет никакому гражданину и народу в целом понять, с чем мы собственно имеем дело.


Если у нас военное государство, то почему мы не можем решить проблему с Донбассом? Если у нас государство социальное, то почему у нас количество олигархов в момент кризиса увеличивается и увеличивается? Если у нас государство патриотическое, почему у нас либералы управляю экономикой и во многом культурой?


То есть эта система — и во многом разумная система, которую устроил Путин, где всем есть место и всем есть как бы пульт управления, — она устраивает всех, но народонаселению она все меньше и меньше нравится. Потому что люди хотят понятные правила игры. И поэтому это не разгадка, статья Суркова, это такая загадка: что еще в течение 20 лет будет происходить? И мы, честно говоря, не знаем, что будет происходить. Есть путинская модель, а в чем она заключается, мы пока не знаем. Ленинская модель — там все понятно, петровская модель — понятна, даже модель Иоанна III понятна. И эти все четыре модели тоже были военно-полицейскими в той или иной мере. Давайте тогда строить государство на принципах, которые всем будут понятны — военное, так военное.


Если допустить тот элемент демократии, о котором взыскуют наши оппоненты, то мы получим государство гораздо более радикальное, чем то, о котором говорит Сурков, и которое мы имеем. Радикальное и в военном смысле, и в социальном, потому что оно будет радикально леветь. Радикальное в смысле неприятия западнических ценностей, а приятия консервативных ценностей. И именно это, по мнению оппозиции, будет означать полное безумие нашего государства. Народ взыскует именно этого. Народ гораздо радикальнее своего государства. Это надо понимать. Единственное, что спасает квазипсевдолибералов от того, чтобы они вообще исчезли, это Путин. Потому что это единственная гарантия, чтобы вас не затоптало собственное население нашей глубоко разумной страны.