«Покупают данные и долбят рекламой». Как нижегородцев обманывают фирмы по банкротству и какие долги никогда не прощают

С каждым годом нижегородцы всё чаще банкротятся. По итогам 2025 года наш регион занял 22-е место в России по числу проведения таких процедур для физических лиц, следует из данных Федресурса. За год показатель вырос аж на четверть: с 7,6 тысячи случаев до 9,6 тысячи. На фоне высокой закредитованности населения многие видят в банкротстве выход из долговой ямы. Но почему на самом деле всё не так просто и о чём недобросовестные фирмы не предупреждают своих клиентов, NN.RU рассказала адвокат Ирина Гребнева.

История с банкротством в России получила новый виток в 2015 году, когда приняли закон о банкротстве физических лиц. Согласно ему, суд решает, освободить гражданина от долгов или нет. При этом разница с юридическими лицами колоссальная: с них на самом деле снимаются все финансовые обязательства, чего не сказать о физлицах.

Для последних есть ряд обязательств, которые никогда не могут быть прощены: алименты, корпоративные убытки, субсидиарная ответственность и возмещение вреда, причиненного преступлением. Таким образом, даже после прохождения процедуры банкротства человек может остаться с долгами. И эта практика с каждым годом всё сильнее ужесточается: получить освобождение от долгов становится сложнее, говорит Ирина Гребнева.

При этом в Нижегородской области, как и по всей стране, можно встретить множество громких объявлений с обещанием полного освобождения от долгов. Число фирм, которые предлагают услуги по сопровождению банкротства, закономерно растет с количеством желающих расстаться с долгами. У подобных предприятий такая работа уже стоит на потоке: там огромные отделы продаж и call-центры, которые постоянно ищут новых клиентов, отметила адвокат.

«Они покупают сведения о должниках кредитных организаций, долбят людей рекламой, предлагают им свои услуги по „законному освобождению от долгов“, как они это называют. Более того, они говорят о том, что в соответствии с федеральным законом вы раз в пять лет имеете право на полное освобождение от долгов. Видимо, эта фраза родилась от того, что процедуру банкротства по инициативе гражданина можно начинать не чаще, чем раз в пять лет. Рассчитано это, конечно, на людей, которые набрали потребительских кредитов, микрозаймов и не в состоянии их обслуживать. Тех, что думают, что можно набрать денег и ничего им за это не будет. Конечно, им никто не разъясняет последствий. А многим на это и всё равно», — заметила специалист.

Фирмы работают следующим образом: берут с клиентов 150–200 тысяч рублей, обращаются в суд с заявлением и рассчитывают, что у должника не было недобросовестного поведения, поэтому его освободят от долгов. При этом одинаковые правила действуют как для людей, которые просто понабрали кредитов и не смогли расплатиться, так и для тех, кто вёл активную экономическую деятельность. К последним относятся предприниматели, которые чаще всего банкротятся не по личным обязательствам, а потому что выступали поручителями для своего юрлица.

Фирмы, активно рекламирующие подобные услуги, как раз рассчитывают на людей, у которых ничего нет и им надо просто отделаться от коллекторов. А вот гражданам даже с минимальной экономической активностью надо с большой опаской подходить к подобным процедурам.

«Во время процедуры банкротства, введения процедуры реализации — это аналог конкурсного производства для юридических лиц, все финансы должника должны перейти в распоряжение финансового управляющего. Он полностью изучает деятельность должника, в том числе сделки, которые совершали с совместной собственностью супругов. Человеку устанавливается определенный прожиточный минимум, который он оставляет у себя. Через суд можно устанавливать дополнительные расходы, если он сочтет их необходимыми и обязательными», — отметила Ирина.

К таковым, например, относятся алименты, расходы на содержание иждивенцев, а также имущества, которое надо поддерживать в хорошем состоянии для последующей продажи. При этом крайне редко рассматриваются расходы на юридическое сопровождение должников.

«Если изначально после принятия закона добиться освобождения от долгов было довольно-таки легко, потому эти фирмы и расцвели, то сейчас суд пытается пресекать недобросовестные инструменты, когда должник заведомо принимает на себя новые и новые обязательства, при этом у него, очевидно, нет источников для погашения. Как себя должник ведет в процедуре? Работает ли он? Пытается ли пополнить конкурсную массу за счет текущего дохода? Скрывал ли какое-то имущество и сделки? Ездил ли за границу? Это новая практика. Сейчас всё чаще граждан не освобождают от долгов», — рассказала специалист.

Она также отметила некоторую странность в подобных процедурах. Например, когда всё проведено грамотно, изучена экономическая деятельность, имущество выявлено и оспорено, перенесено в конкурсную массу и реализовано, но человека оставили с долгами.

В современной практике также есть нюансы, связанные с наследованием. Например, если таковое причитается должнику, а он от него отказался, то финансовый управляющий может это оспорить и добиться включения унаследованного имущества в конкурсную массу. Но здесь есть варианты обхода со стороны наследодателя, когда он может выразить желание оставить имущество в семье, отметила адвокат.

Также в современной практике суды разрешили гражданам заключать с отдельными кредиторами мировые соглашения по ипотечному жилью. Таким образом, человек может сохранить квартиру, если он способен самостоятельно или с помощью третьих лиц выплачивать ипотеку.

Таким образом, многие должники, мечтая расстаться с обременением, бегут в первую попавшуюся фирму с максимально громкими обещаниями, но так и не получают желаемого. Ведь юристы могут не предупреждать о всех рисках, главный из которых — несписание тех самых долгов.

Что же касается юридических лиц, они в России сейчас тоже часто сталкиваются с банкротством. Например, в марте стало известно о том, что у налоговой службы большие претензии к обувным сетям Zenden и Ralf Ringer. Замаячила возможность банкротства перед сетью Modis. Что происходит на рынке одежды и обуви — разбираемся в этом материале.