Роман Пономаренко, руководитель НРООИ «Ковчег»
Роман Пономаренко, руководитель НРООИ «Ковчег»


Социальное предпринимательство, хорошо известное и всячески поощряемое за рубежом, в России до сих пор находится в зачаточном состоянии. С одной стороны, винить в этом страну трудно. На западе этот вид бизнеса возник и развился в 80-е годы прошлого века, когда у нас вовсю бушевала перестройка. Потом были 90-е с их тотальным отсутствием законов, денег, перспектив и веры в будущее, потом — 2000-е, когда мы более-менее вздохнули с облегчением и дружно начали наедаться спокойной предсказуемой жизни…


Кажется, пора. Кажется, сегодня стране наконец-то пора начать развивать социальное предпринимательство.


Для начала определимся с терминами. Социальное предпринимательство — это не благотворительность. Но оно подразумевает под собой особые условия в работе с людьми, которые в этих условиях нуждаются. Например, вы обучаете детей английскому языку — и открываете специальную программу, в которой английский учат незрячие дети. По льготным ценам. Но за деньги.


Здесь очень тонкая грань. Если просто выйти и начать обучать детей английскому языку бесплатно — это будет благотворительность. Если учить за деньги ребят «обычных» и «особенных», создавая для них специализированные методики обучения — это уже социальное предпринимательство.


То есть компания, которая занимается социальным предпринимательством — коммерческая. Но она выделяет в своей структуре блок, который станет социальным.


Можно и по-другому. Можно открыть отдельную компанию, которая, например, будет обучать английскому ребят с особыми потребностями. Или не английскому, а вокалу. Или не ребят, а пожилых людей. Или заниматься доступным туризмом. Кстати, это ниша у нас совсем не занята. А вот за рубежом доступный туризм развивается колоссальными темпами.


Все это — социальное предпринимательство, бешено популярное за границей.


На что живут эти компании? Они зарабатывают, как и обычный бизнес. Только при этом еще меняют мир к лучшему. И, конечно, государство их всячески поддерживает. Как правило, соцпредпринимателям устанавливают более низкие налоги. Они могут получить более дешевые кредиты. Они выигрывают государственные гранты. И порой оказываются даже в более выигрышном положении, чем коммерческие компании.


Посудите сами. Обычному бизнесу, чтобы получить кредит, нужно предоставить банкам кучу документов. Доказать, что он имеет право. Предоставить залог и историю. Наконец, получает. И как? Подчас с существенными процентами по кредиту.


Социальный предприниматель не так. Ему могут дать беспроцентный кредит. Даже предложат. Поддержат информацией. Предоставят бесплатно площадку под офис. Расскажут о нем потенциальным клиентам… Государство, как ни странно, действует здесь очень эффективно. Создан ЦИСС (Центр инноваций социальной сферы), который возглавил неутомимый и очень грамотный руководитель Игорь Седых. Центр создан при Министерстве промышленности, торговли и предпринимательства Нижегородской области и лично курируется его министром Максимом Черкасовым.


За небольшой период работы ЦИСС стал местом сбора идей, проектов, людей, партнеров. Похоже, государство серьезно и надолго взяло курс на развитие социального предпринимательства в стране.


И тем не менее. Их мизерно мало. Всего один процент от всех остальных предпринимателей. Почему? Да просто мало кто из предпринимателей понимает преимущества быть социально направленными.


Фермерство, экология, туризм, образование — ниш, которые могли бы занять социальные предприниматели, очень много. Например, проводить инклюзивные экскурсии. Или, как это сделали в Москве, открыть «кафе в темноте»: помещение кафе находится во мраке, официантами работают незрячие люди. Кстати, средний чек в этом кафе — 2,5 тысячи рублей. Оно вполне коммерческое. Но при этом — социальное. Потому что дает работу людям с инвалидностью. Там незрячие люди работают в качестве официантов.


Так что, если вы предприниматель или планируете им стать — подумайте о «социальном крыле». Очень может быть, что оно для вас станет основным.