Все новости
Все новости

«Я считаю, что в центре города не надо ничего строить, если требуется сокращение зелёных зон»

Активный горожанин Игорь Преображенский рассказал, почему согласился возглавить совет по экологии

Игорь Преображенский возглавил общественный совет по экологии

Поделиться

В администрации Нижнего Новгорода начал работу общественный совет по экологии. Его возглавил Игорь Преображенский — активный защитник парка им. Кулибина от вырубки деревьев и, как он себя называет, «графоман, социал-утопист, музыкальный промоутер». На своей странице в Facebook Игорь рассказал, «в чём замес с общественным советом по экологии при [мэре Владимире] Панове и какие коррупционные выгоды лично для себя я вижу в этой истории».

— Только-только утихла волна возмущения по поводу рубилова в сквере 1905 года, и я понадеялся, что до следующей возможной скандальной истории с зеленью пройдет достаточно времени. Но не тут-то, как вы помните, было.

Глава [Нижегородского] района [Алексей] Мочкаев не тот человек, который будет церемониться с деревьями, они же так быстро растут! Поэтому [уничтожить] на Ковалихе ещё пару десятков прекрасных здоровых деревьев под нужды теплотрассы, пройдя варварски заодно и по детскому городку, — этого долго ждать не пришлось.

Меня, как и окрестных жителей, этот «подвиг» борцов с зеленью выбесил окончательно.

Сажусь и пишу письмо мэру, в котором в мягкой, но совершенно неуважительной к главе района форме я выражаю крайнюю степень тревоги по поводу того, что происходит в последние годы с деревьями в нашем городе. И в конце письма предлагаю категоричную по форме, но уже необходимую, на мой взгляд, меру — введения моратория на вырубку деревьев в городе. Просто потому, что действующие вроде бы строгие и правильные нормы и законы в области зеленых зон [не распространяются на] тех, чьи личные мотивации так или иначе лежат в иных морально-материальных реальностях.

Как ни удивительно, но через день Панов мне позвонил и сказал, что в принципе поддерживает мои мысли. После этого сообщил примерно следующее: «У меня давно зрела идея независимого общественного совета по экологии, который бы держал руку на экопульсе. Если тебя это так волнует, рекомендуй респектных в теме людей, давай создавать совет, и вперёд».

Я составил список из нескольких фамилий, это было несложно, люди эти и так на виду.

Неделю назад, когда мы в первый раз собрались у Панова, на вопрос, кто будет председателем совета, Ира Славина сказала:

— Преображенский замутил эту тему, вот пусть и будет.

— Ок, — говорю, — не вопрос. (Тем более что никаких преференций я здесь не вижу, скорее, наоборот.)

— Ну вот, — удивился Панов, — а я уж хотел тебе машину с мигалкой предоставить и эвакуатор, в личное пользование.

Но второе заседание совета было довольно острым и эмоциональным, поскольку я включил в повестку вопрос о моратории на вырубку взрослых деревьев в городе, за исключением аварийных и больных.

Мэр пояснил, что введение моратория даже с такими оговорками может остановить все строительные и девелоперские процессы в городе. Поскольку любой проект освоения территорий так или иначе затронет живую зелень, и никуда от этого не деться.

Панов привел в пример необходимость строить детсады и школы, а также проект строительства онкоцентра на трех гектарах, эффектно положив передо мной на чашу весов жизни людей и деревьев.

Надо сказать, что большинство членов совета поддержали позицию мэра в этом вопросе, высказав мнение об излишней экстремальности формулировки «мораторий», назвав её скорее ярко политической, нежели жизнеспособной.

Ок, согласился я, надо ещё хорошенько подумать над этой темой. Тем более что я, конечно, предполагал все аргументы против моратория, они в принципе на экономической поверхности.

Но, как бы то ни было, есть правило: проси по максимуму, и тогда есть надежда, что получишь в итоге больше.

Однако возникла тема, в которой мы с Пановым все-таки поискрили

Когда возникло обсуждение строительства в центре города, где ещё есть небольшие, так называемые «депрессивные» территории, мэр сказал:

— Старые, убитые дома требуют расселения, это наша головная боль. Да, на этих участках есть деревья, и если муниципалитет продает землю расселяющему девелоперу, мы не можем обязать его сохранить зелень, это становится его частной территорией. Или ты, Игорь, считаешь, что в Нижегородском районе строить уже ничего не надо?

— Да, — сказал я искренне. — Я считаю, что в центре уже не надо ничего строить, если речь пойдёт об очередном сокращении зелёных зон.

Тут мэр, возможно, и пожалел, что позвал меня в совет, я не знаю. Во всяком случае идея вообще больше ничего не строить в Нижегородском районе ему явно не понравилась. Посмотрим.

Но! В любом случае именно на этом заседании мы пришли к некоторым очень важным и принципиальным решениям, которые, безусловно, скажутся на будущем нашего города.

Я не могу их озвучить, пока проводится конкретная документальная работа.

Однако уже сейчас могу сказать, что серая кремлевская избушка № 5 пока потихоньку, но поворачивается к лесу, а не к дровосекам.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Другие статьи автора

Станьте автором колонки.

Почитайте рекомендации и напишите нам!

  • ЛАЙК2
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter