Стало известно, по какому уголовному делу давал показания экс-зампрокурора Нижегородской области

Дело бизнесмена Сергея Кожевникова, в рамках которого делали обыск у бывшего заместителя прокурора Нижегородской области, завели уже после его смерти. Наследники два года добиваются выплаты действительной стоимости своей доли. Между тем детище предпринимателя — завод «Скиф спешиал кемикалз» — стремительно движется к банкротству.

Скандал разразился в конце февраля этого года. Информацию о том, что у заместителя прокурора Нижегородской области — бывшего прокурора Дзержинска — Дмитрия Жиделева прошли обыски, региональное управление СК РФ сначала опровергло. Чуть позже опровержение исчезло с сайта ведомства. А в июне Жиделев был отправлен в отставку «за нарушение присяги прокурора, совершение проступков, порочащих честь прокурорского работника, и в связи с утратой доверия».

Из скудных сведений, просочившихся из правоохранительных органов, стало известно, что заместитель областного прокурора фигурирует в деле директора компании «Скиф спешиал кемикалз» Сергея Кожевникова. Якобы он дал бывшему на тот момент прокурором Дзержинска Жиделеву взятку двумя автомобилями. Когда один из них, BMW, попал в аварию, начались проверки.

Сергей Кожевников умер 12 июля 2016 года. Как утверждают его жены — бывшая и гражданская, которые объединились в этом деле — при весьма загадочных обстоятельствах. Об этом они рассказали в интервью дзержинскому журналисту Сергею Кулакову в фильме «Скиф, блуждающий во тьме».

Женщины утверждают, что Сергей Кожевников, вопреки выводам следствия, умер не своей смертью. Гражданская жена бизнесмена Ольга Капитанова, приехав из Нижнего по звонку о смерти мужа, обратила внимание на идеальную чистоту в квартире. Она выяснила, что тело Сергея нашли охранник и уборщица. Как ни странно, они позвонили в первую очередь не в скорую, не в полицию, не родственникам, а начальнику отдела кадров предприятия. А та якобы распорядилась все убрать, перемыть посуду и выбросить бутылки из-под алкоголя. А охранник тем временем увез на завод планшет покойного, ежедневник, кредитные карты и мобильный телефон.

По заключению экспертизы, если перевести ее на русский язык, Сергей Кожевников подавился куском мяса. Ольга провела независимую экспертизу, которая обнаружила в моче бизнесмена фенобарбитал (торговая марка «Люминал» — противэпилептическое лекарственное средство из семейства барбитуратов. — Прим. ред.). В возбуждении уголовного дела было отказано, так как «для установления истины о причине смерти гр. Кожевникова С. Ю. необходимы специальные познания». Ни дополнительных экспертиз, ни эксгумации тела правоохранители не назначили.

Жена утверждает, что Кожевников был вынужден два месяца скрываться от следствия в Москве. На него завели уголовное дело по изнасилованию, которое позже развалилось. А когда вернулся, не нашел на своем банковском счете около 60 миллионов рублей. Якобы из-за этого он серьезно поссорился с братом Юрием и решил отстранить его от управления предприятием. Это случилось за три дня до смерти.

За несколько лет до трагедии на «Скифе» в качестве заместителя директора появился Дмитрий Осинин, его посоветовали владельцу как «решалу» различных вопросов. Именно он стал автором многочисленных заявлений, по одному из которых и было возбуждено уголовное дело на уже умершего владельца завода. Сейчас он представляет интересы его брата — Юрия Кожевникова. Интересы наследников — отца и маленького сына — представляет бывшая жена и бывшая сотрудница предприятия Алла Кузнецова.

С ее слов, на встрече представителей Осинин заявил, что наследники не получат ничего, кроме долгов. На худой конец они могут купить сыну квартиру — в качестве акта доброй воли.

— На стороне наследников осталась только я. Все сотрудники на той стороне, и я их понимаю, потому что это работа, это зарплата. У всех семьи, их нужно кормить, и они не должны думать о чужих благах и наследстве, — пояснила свою позицию Алла Кузнецова. — Я представляю их интересы, потому что наследники на момент смерти плохо представляли, чем занимается предприятие, в каких объемах, что, кому отгружают, а я была в теме.

Была такая угроза или нет, но предсказания Осинина начали сбываться. Появился протокол, в котором Сергей Юрьевич передает свои полномочия Юрию Юрьевичу. Он был подписан 11 июля 2016 года, в ночь на 12 июля бизнесмен умер, а 13 июля протокол зарегистрировали у нотариуса. Причем юристу о смерти подписанта не сказали. Наследники утверждают, что подпись поддельная. Правоохранительные органы выводы сделать не смогли: недостаточно графического материала.

— Они буквально за четыре месяца все активы с завода вывели. Уже к ноябрю не было ни зданий, ни 16 грузовых машин, ни товарных знаков — это только то, что мы знаем, — говорит Ольга Капитанова.

Затем возник договор займа. Якобы Сергей Кожевников занял у некого знакомого из Казани миллион долларов — только под договор, не заверенный нотариально. А тот привез наличные и даже расписки не взял. Суд продолжался около года, имущество наследников было арестовано в качестве обеспечения возможного долга. Но в конце концов экспертиза признала подпись бизнесмена поддельной. Уголовное дело на «заемщика» не завели.

— Им (Юрием Кожевниковым. — Прим. ред.) было создано, видимо, загодя предприятие с идентичным названием — ООО «Спейшел Кемикалз». Гендиректор и участник — жена Юрия Юрьевича. Он переводит все имущество на фирму своей жены. И они начинают осуществлять все поставки от имени прежнего «Скифа», — рассказывает Алла Кузнецова. — А мы продолжаем нести расходы по транспорту, хотя он продан. «Скиф» оказывается в долгах.

Наследники считают, что долг пополняют и фиктивные поставки. С некой фирмой «Южный берег» заключили договор о поставке эпихлоргидрина на 69 миллионов рублей. Со слов Кузнецовой, это взрывоопасное ядовитое вещество производится в Европе, и там его количество строго регламентировано. Продается только через официальных представителей, в число которых «Южный берег» не входит. Так как поставка не полностью оплачена, а долг признан руководством, над «Скифом» нависла угроза банкротства.

— Мы подозреваем, что поставка мнимая. Эту продукцию «Южный берег» брал у некой ИП — 300 тонн. Ее показания есть у правоохранительных органов, где она говорит: «Я ничего не поставляла, печать не моя, подпись не моя», — утверждает Ольга Капитанова.

Представитель наследников заверяет, что ей удалось проследить, куда пошли деньги — 6 миллионов рублей за поставку эпихлоргидрина, которые все-таки заплатили. Судя по бухгалтерским проводкам, на 3 миллиона был куплен Mercedes, а еще 3 миллиона рублей снимались по 40 тысяч рублей во всех банкоматах Нижегородской области.

— То есть либо ИП сам варит этот эпихлоргидрин дома и поэтому может покупать мерседесы с прибыли, либо что-то здесь не так, — уверена Алла Кузнецова. — Если полиция будет честно работать, то, конечно, это уголовное дело. Если нечестно, то мы можем еще 10 лет ждать. Естественно, мы будем приостанавливать производство по банкротству и оспаривать эту сделку.

NN.ru обратился и к противоположной стороне, чтобы узнать их версию. Однако сам Юрий Юрьевич Кожевников разговаривать отказался и передал свою позицию: бред «этих двух дам» не заслуживает, чтобы его комментировать. Все дела рассматриваются в судах, уже есть несколько решений правоохранительных органов и арбитражных судов — все в их пользу. Часть дел еще находится на судебном рассмотрении.

— Посмотрите в интернете, как о ней (Алле Кузнецовой. — Прим. ред.) отзывались сотрудники, когда она еще работала на заводе, — сказал корреспонденту NN.ru мастер производства Семен Слепаков (посмотрели, действительно, нелицеприятные. — Прим. ред.). — А как такие новости делаются, мы знаем. Она, например, предоставила этому журналисту свою фотографию с опухшим лицом и в синяках. Дескать, посмотрите, что со мной сделали. Но мы-то давно работаем, и все знаем. Это фотография 2012 года, когда она делала пластику лица.

По оценке гражданской жены Сергея Кожевникова, имущество «Скифа» при его жизни стоило около 1,3 миллиарда рублей. Сейчас предприятие — банкрот, и, возможно, через несколько лет, когда все судебные тяжбы завершатся, наследникам делить уже будет нечего.